В 2020 году ученые из Челябинского государственного университета провели исследование и установили связь между уровнем преступности в районе и средней высотой жилых домов:
«Высотные дома нередко оказываются источниками депрессии горожан. <…> Большее количество преступлений происходит именно в высоких жилых домах, которые имеют открытую территорию. Причем чем выше этажность дома, тем больше вероятность преступлений. Дома выше семи этажей в четыре раза чаще подвергаются разбойным нападениям, из них 32% совершаются в лифтах».
Также ученые выделили дополнительные влияющие на уровень преступности в Челябинске факторы. Они включают в себя: микрорайонную застройку с пустырями и проходными дворами, которые облегчают уклонение преступников, свободный доступ на территорию перед домами, недостаточное освещение на улицах и отсутствие видеонаблюдения в лифтах.
По мнению активиста и видеоблогера Ильи Варламова1, сейчас даже некоторые бедные районы в городах Европы выглядят лучше и безопаснее российских спальных районов. Он заключает:
«Если мы хотим, чтобы российские города становились благополучными, нужно кардинально менять подход к застройке, ведь в конечном итоге от этого зависит уровень жизни людей, в том числе и их безопасность.»
Как однотипность архитектуры влияет на эмоциональное состояние человека
Американский ученый в области нейропсихологии Коллин Эллард совместно с музеем Соломона Гуггенхайма в Нью-Йорке предложили посетителям пройти по району и оценить своё эмоциональное состояние, отвечая на вопросы сразу же на смартфоне. У каждого был браслет, который измерял электропроводность кожи, помогая оценить возбуждение нервной системы и реакцию организма. Исследования показали, что скучная однотипная обстановка вызывает стресс, импульсивность. А также может подтолкнуть к рискованному или неадекватному поведению. К. Эллард выявил, что размер здания оказывает влияние на человека, поскольку механизмы нашей психики могут вызвать чувство тревоги или трепета перед огромным сооружением, например перед судом или храмом.
Маленький человек и большая архитектура
В одной из лекций своего курса искусствовед Вадим Басс говорит об архитектуре XX века как о «ярмарке тщеславия», в которой мировые державы соревновались, «кто построит самый высокий памятник или самый большой стадион».
Однако архитектура была не только очередным способом показать величие государства, но и инструментом социальной регуляции. В пример В. Басс приводит длиннейший коридор рейхсканцелярии, который был спроектирован Альбертом Шпеером2 так, чтобы проходящий чувствовал свою никчемность. Или так и не построенный Дворец Советов, на фоне которого обычный человек должен «ощущать себя муравьем».
Изучение эмоционального воздействия архитектуры
Польский архитектор 80-х годов Д.Т. Кругликовский проанализировал и собрал систему ценностей, на основе которой должны строиться архитектурные пространства. В нее были включены как технические, ландшафтные и формальные, так и эстетические, потребительские и исторические аспекты. Однако главной интегральной ценностью в его теории стало ощущение человеком пространства как «своего». Авторы книги «Архитектура и психология» делают вывод: «если это ощущение живет в обществе долго <…>, мы можем говорить о genius loci3».
Как пишет Г.Ю. Сомов, автор многих научных работ по проблемам архитектуры, художественный замысел и поставленные задачи определяют внешний вид архитектуры и соответственно ее эмоциональное воздействие. Однако подчеркнутые парадность и отчужденность современной архитектуры приводят к противоречию между формой здания и его функциональной основой:
«Задачу создания уютного эмоционального климата жилой среды, по-видимому, заслоняют иногда профессиональные стереотипы в подходе к среде — стремление к парадности композиций, хотя парадная триумфальность несовместимы с такими важными качествами жилого дома, как теплота, ощущение здоровья и комфорта.»
